Военное и морское духовенство в россии. «Для священника в армии главное – быть полезным

От жрецов до пресвитеров: кто такие военные священники?

Военное и морское духовенство в россии. «Для священника в армии главное – быть полезным

К представителям культов воины обращались, пожалуй, с момента зарождения человеческой цивилизации. Армии древнего Египта и Вавилона просили богов о победе.

В эпоху античности в Римской империи к штабу каждого легиона приписывали несколько религиозных служителей. Они проводили ритуалы, совершали жертвоприношения.

Перед каждым крупным событием, в том числе перед сражениями, жрецы спрашивали у богов, ждёт удача римскую армию или боги отвернулись от неё.

Ритуал в честь бога войны (источник фото)

Если знамения, ниспосланные свыше, признавали неблагоприятными, то сражение могли и перенести. Морально-психологический дух солдат, уверенных в победе, был важнее выгодных условий для боя. А вот друиды, представители культов старых противников Рима — галлов, отвергали насилие и не принимали участия в военных делах соплеменников.

Разумеется, священники оказались среди воинов с самого начала распространения веры в Христа. Большая часть солдат в армии первого христианского императора Константина были христианами.

В битву за Рим против Максенция Константин повёл легионы, несшие на щите изображение креста. Прошло немного времени, империя пала. Настали Тёмные века.

В Европе на окраинах процветало язычество, а в самых богатых и населённых странах одержало верх христианство.

Средневековье: благочестивые христианские воины

Христианские священники видели в средневековых армиях один из лучших объектов для проповеди. Тем более что после крещения варварских князей и королей их воины в глубине души всё равно оставались язычниками. Этого не следовало допускать. К тому же дружинники быстро превращались в графов, баронов и бояр — и, приобщившись к новой вере, могли нести её свет уже в собственные земли.

Священники продолжали сопровождать войско в походах и после распространения христианства по всем уголкам Европы. Герцог или князь, выступая на войну, брал с собой несколько клириков, которые и проводили церковные службы для солдат.

Положение дел изменилось с началом эпохи Крестовых походов. Во-первых, войско теперь сопровождали официальные посланники папы римского. А во-вторых, появились духовно-рыцарские ордена, воины которых были монахами. Некоторые из них были рукоположены в священники и могли с полным правом исполнять все христианские обряды.

Новое время: под знамёнами императоров и королей

В Новое время, с появлением абсолютистского государства и регулярных армий, военному уставу стали подчиняться малейшие нюансы солдатской службы. В том числе вопросы духовной жизни.

Так в XVII веке в полках европейских армий появились капелланы — священники, постоянно приписанные к отдельной воинской части.

Большие военные молитвы перед сражением совершались наподобие парадов: с построением войск ровными линиями, в парадной форме, под развёрнутыми знамёнами. Такие обряды стали обязательным элементом военного пейзажа XVII–XIX веков.

Россия здесь не уступала Западу: полковые священники были узаконены военным уставом 1647 года. Пётр Великий, с его любовью к артикулу, детально описал структуру и задачи военного духовенства в документе 1716 года. Отныне каждая армия получала обер-полевого священника, который командовал полковыми священниками.

Оный имеет управление над всеми полевыми Священниками… Такожде в сумнительных делах имеют от него изъяснение получать… Когда ссоры и несогласии между полковыми священниками произойдут, тогда должен он оных помирить и наставлять их к доброму житью; пачеже сам он в достоинстве чина своего учен, осмотрителен, прилежен, трезв и доброго жития должен быть, дабы он ни в чем собою к соблазну другим случая не подал, чтоб об о его чину с поруганием и соблазном не рассуждали.

При Павле I обер-священник стал старшим уже не в полевой армии, а над всеми духовными лицами армии и флота.

Следующих реформ пришлось ждать почти целый век. Император Александр III учредил звание протопресвитера военного и морского духовенства.

В его подчинении оказалось всё духовенство, служившее в полках, на кораблях, в крепостях, гарнизонах и военных учебных заведениях.

Пресвитер стал высшим церковным чином, который мог получить простой священник, не становясь монахом. А объёму его полномочий и числу подчинённых могли позавидовать многие митрополиты.

Военные священники в России

Военные священники в Российской империи находились ровно на том же положении, что и обычные приходские.

«Светлая заутреня на рейд Порт-Артура», иллюстрация для журнала «Огонёк» (источник фото)

Отличались лишь корабельные служители церкви. В связи с тем, что корабли могли уходить в дальние плавания, туда назначали только чёрных священников — иеромонахов, которые имели право совершать церковные обряды, но не могли иметь семью, обязательную для всего белого священства.

Духовные лица сопровождали европейских солдат в течение всего времени службы. Они же отпевали павших на поле боя.

В Российской империи, где на военную службу попадали представители самых разных религиозных конфессий, порой можно было наблюдать картину, описанную А. Куприным (который был офицером и хорошо знал военную жизнь) в повести «Поединок».

В то время, когда формулу присяги читал православным — священник, католикам — ксендз, евреям — раввин, протестантам, за неимением пастора, — штабс-капитан Диц, а магометанам — поручик Бек-Агамалов, — с Гайнаном была совсем особая история.

Полковой адъютант поднес поочередно ему и двум его землякам и единоверцам по куску хлеба с солью на острие шашки, и те, не касаясь хлеба руками, взяли его ртом и тут же съели.

Символический смысл этого обряда, был, кажется, таков: вот я съел хлеб и соль на службе у нового хозяина, пусть же меня покарает железо, если я буду неверен.

В европейских армиях капелланы носили особую военную форму с положенной только им символикой. Чаще всего она была или очень близка к офицерскому мундиру, или сочетала военные элементы с деталями традиционного костюма священника.

В России военные священники не имели мундира и, подобно остальным лицам духовного звания, облачались в рясы и церковные одежды для богослужения.

Если к офицеру обращались «ваше благородие», то к военному священнику — «ваше преподобие».

Изобретая молитвы

Институт военного духовенства порождал и курьёзы. В европейских странах и США в ходе секуляризации общества в XIX веке военные священники, проходившие службу в специфической военной среде, часто перенимали привычки и обычаи окружавших их офицеров. Так что порой было не вполне понятно, может ли называться святым отцом вон тот джентльмен — который охотно пьёт и сквернословит.

(Источник фото)

Пародию на такого капеллана вывел Я. Гашек в образе фельдкурата Отто Каца.

Его проповеди были необыкновенно увлекательны, остроумны и вносили оживление в гарнизонную скуку.

Он так занятно трепал языком о бесконечном милосердии божьем, чтобы поддержать «падших духом» и нечестивых арестантов, так смачно ругался с кафедры, так самозабвенно распевал у алтаря свое — Изыдите, служба окончена. Богослужение он вел весьма оригинальным способом.

Он изменял весь порядок святой мессы, а когда был здорово пьян, изобретал новые молитвы, новую обедню, свой собственный ритуал, — словом, такое, чего до сих пор никто не видывал.

Но подобные капелланы были скорее объектом военного фольклора, нежели героями реальной жизни. История же знает немало деяний и героических подвигов, которые совершили военные священники. Однако это уже совсем другой рассказ.

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.

Источник: https://warhead.su/2018/03/27/ot-zhretsov-do-presviterov-kto-takie-voennye-svyaschenniki

Орденоносцы в рясах: история флотских и армейских священников

Военное и морское духовенство в россии. «Для священника в армии главное – быть полезным

19 апреля 1719 года Петр I повелел, чтобы на каждом русском военном корабле непременно был иеромонах из Александро-Невского монастыря

«В море неверующих нет», — такое присловье распространено у моряков всех времен и народов.

Человеку, противостоящему слепой стихии и врагам, стремящимся отправить его на дно, необходимо чувствовать поддержку свыше, опираться не только на плечо товарища, букву и дух морского устава, но и на незыблемость веры. Поэтому флоты всех христианских стран всегда имели на борту капелланов и священников.

Не был исключением и русский военный флот. В апреле 1717 года царь Петр I повелел «в российском флоте содержать на кораблях и других военных судах 39 священников», а 19 (8 по ст. ст.) апреля 1719 года — чтобы «в корабельном флоте на каждом корабле иметь по одному иеромонаху, которого брать из Александро-Невского монастыря».

Первый в русской истории обер-священник армии и флота Павел Озерецковский,
назначенный на эту должность 9 апреля 1800 года

«Содержать себя в добром порядке во образ другим»

Появление второго царского распоряжения было связано с тем, что у так называемого «белого» (то есть женатого) духовенства идея службы на флоте поддержки поначалу не нашла. И тогда было принято решение к службе на флоте привлекать «черное» духовенство, то есть монахов, не имеющих семей и больше привычных к уставной строгости.

Отвечать за отбор и отправку священников на флот доверили архимандриту Александро-Невской лавры в Санкт-Петербурге Феодосию (Яновскому). Выбор этот не был случайным: архиепископ Феодосий был весьма близок к Петру, а кроме того, отличался высокими организаторскими способностями.

Потому государь и повелел священников на флот «брать из Александро-Невского монастыря», поскольку люди эти были уже привычны к суровому балтийскому климату и отличались преданностью своему настоятелю.

К тому же еще в 1718 году старшим над теми «39 священниками», которых надлежало иметь на кораблях, был назначен насельник Александро-Невской лавры отец Гавриил (Бужинский).

Светлая заутреня на рейде Порт-Артура.
Иллюстрация из журнала «Огонек» 1905 года, художник Алексей Ганзен

В январе 1720 года Петр Первый утверждает своим указом первый в истории русского флота важнейший документ — «Морской устав». В этом всеобъемлющем своде морских правил, законов и требований уже содержится отдельный пункт, касающийся священников на кораблях: глава IX «О священниках».

Ее первый пункт касается начального священника – того, который «имеет управление над всеми священниками во флоте» и должен находиться на корабле аншеф-командующего флотом. Второй и третий пункты называются «О священнике на каждом корабле» и определяют нормы и правила поведения флотских священников.

Им, в частности, предписывалось «содержать себя в добром порядке во образ другим… дабы не прельщать людей непостоянством или притворною святостью и бегать корысти, яко кореня всех злых».

Отдельно оговаривались требования к службам. Священнику надлежало «отправлять службу Божию по надлежащему».

Как гласил устав, «на котором корабле будет определена церковь, тогда священник должен оную в добром порядке иметь и в воскресные и в празднуемые дни, ежели жестокая погода не помешает, литургию отправлять».

Ему же предписывалось «поучение словесное, или на письме читать в наставление людям, а в прочие дни молитвы положенные».

Военная епархия и обер-священник

После появления «Морского устава» священническая служба на кораблях российского флота стала приобретать все более законченные очертания. Быстро установилась практика назначения «начального священника», или обер-иеромонаха, из числа священников Ревельской эскадры Балтийского флота.

Первым обер-иеромонахом «всероссийского корабельного флота», как записана его должность в бумагах, был обер-иеромонах Ревельской эскадры Иустин Рудзинский.

15 марта 1721 года появился регламент службы морских священников, который назывался «Пункты о иеромонахах, состоящих во флоте», и на основе этих пунктов вскоре написали особую присягу, которую принимало морское и воинское духовенство и которая отличалась от той, что принимали приходские священники.

Но отдельной службой морское духовенство было недолго – только до конца XVIII века. 4 апреля 1800 года, во времена царствования императора Павла I, армейские и флотские священнические службы объединили. Чтобы управлять новым образованием, был назначен обер-священник армии и флотов, которым стал протоиерей Павел Озерецковский.

С его назначением связана легенда, больше похожая на анекдот, но тем не менее считающаяся достоверной.

Дескать, когда 9 апреля того же года в царском кабинете выстроились все отобранные Святейшим Синодом кандидаты на новую высокую должность, правофланговым благодаря своему росту оказался Павел Озерецковский, который особенно понравился императору.

Священник благословляет раненного воина. Рисунок времен Русско-японской войны 1904-1905 годов

В действительности же протоиерей Озерецковский обратил на себя внимание императора еще в 1797 году, когда служил обер-священником в армии генерал-фельдмаршала Николая Репнина, и быстро стал царским приближенным, которому и был доверен проект объединения армейского и флотского священничества в отдельную структуру.

Ради достижения этой цели Павел Озерецковский даже инициировал создание отдельной Армейской семинарии, которая просуществовала почти двадцать лет, а учились здесь дети военных и флотских священников.

Однако самостоятельность военного духовенства была недолгой: уже в 1801 году его вновь подчинили Синоду, и это положение сохранялось до самой Октябрьской революции.

На смерть вместе с паствой

Но для простых солдат и матросов, как и для большинства офицеров, все эти пертурбации были чем-то далеким и неважным — гораздо важнее было то, какие конкретно люди окормляли их роту или корабль. И надо отметить, что среди флотских и армейских священников большинство всегда составляли такие, кто мог не только утешить мятущуюся душу, но и вдохновить на подвиг, а то и повести за собой.

История русского военного духовенства знает не один подобный пример — и не один пример того, как проявившие себя в боях священники становились кавалерами военных орденов. Так, первым среди них ордена Святого Георгия IV степени был удостоен в 1813 году полковой священник 19-го Егерского полка Василий Васильковский.

Вместе со своей паствой он принимал участие во всех сражениях Отечественной войны 1812 года, проявив необычайную храбрость и стойкость, поскольку не покидал строя даже после нескольких ранений.

О награждении отличившегося в битве под Малоярославцем ходатайствовал другой герой того же сражения – генерал от инфантерии Дмитрий Дохтуров, который так писал в своем прошении на имя фельдмаршала Михаила Кутузова: «Священник Васильковский в этом бою все время находился с крестом в руке впереди полка и своими наставлениями и примером мужества поощрял воинов крепко стоять за Веру, Царя и Отечество и мужественно поражать врагов, причем сам был ранен в голову». Это ранение вкупе с другими ранами и привели к тому, что 24 ноября 1813 года во время Заграничного похода русской армии уже на территории Франции отец Василий умер, но полка своего он так и не оставил.

А первым среди флотских иеромонахов высочайшей воинской награды был удостоен иеромонах 45-го флотского экипажа Иоанникий (Савинов). Он был отмечен, согласно представлению к награде, «за совершение отличного подвига при вылазке с 10 на 11 марта 1855 года» во время обороны Севастополя.

Когда сопротивление противника стало слишком уж ожесточенным, и русские моряки пали духом, иеромонах в полном облачении и с поднятым к небу крестом буквально повел их за собой, и воспрянувшие воины выбили французов из траншей.

Но и после этого отец Иоанникий не оставил поля боя, обратив свое внимание на раненых, не делая различий между русскими и французами, и трудился над ними до тех пор, пока не потерял сознания вследствие тяжелой контузии.

Офицеры крейсера «Варяг», в первом ряду второй слева — командир корабля капитан первого ранга Всеволод Руднев;
крайний справа — корабельный священник иеромонах Михаил (Руднев)

Всего орденом Святого Георгия VI степени с 1812 по 1904 годы были награждены пятеро армейских и флотских священников.

А в годы Первой мировой войны это число выросло еще на 11 человек! Тогда же золотых наперсных крестов на Георгиевской ленте — аналога золотого георгиевского оружия «За храбрость», заслужить которое в русской армии почиталось за особую честь, — удостоились еще 227 представителей армейского духовенства (а за всю историю этой награды ее получили 538 священнослужителей). Но цена, заплаченная за эти подвиги, была большая: свыше 4000 военных священников погибли или были искалечены на фронтах Первой мировой.

С крестом на груди и парашютом на спине

Октябрьская революция вместе с прежней русской армией уничтожила и институт военного духовенства, в который к тому времени входили не только православные священники, но и другие христианские капелланы, а также муллы и раввины.

Только в начале 1990-х годов в российскую армию вновь вернулись священники, начавшие окормлять «христолюбивое воинство», как поминают защитников России на церковных службах.

В 1995 году в Московском патриархате появился специальный отдел по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными органами, а десять лет спустя воссоздали Военное благочиние Санкт-Петербургской епархии.

Полковые священники ВДВ готовятся к зимним прыжкам

Несмотря на долгий перерыв, вернувшиеся в российскую армию военные священники мало чем отличаются от своих предшественников прежних веков.

Как и они, современное военное духовенство готово сопровождать своих подопечных где угодно: известны случаи, когда полковые священники ВДВ вместе с обыкновенными бойцами совершают прыжки с парашютом, а уж в том, чтобы вместе с паствой отправиться на маневры, для них и вовсе нет ничего необычного.

Восстанавливаются полковые церкви и появляются варианты мобильных полевых церквей (в том числе и десантируемых), спуск на воду новых кораблей российского ВМФ не обходится без обязательной молитвы и благословения, да и в дальних походах моряки могут исповедаться и причаститься у корабельного священника.

Заслуги военных священников оценены не только орденами и золотыми наперсными крестами. Например, на Братском кладбище на Северной стороне Севастополя, где похоронены участники Первой обороны, есть памятник полковому священнику Брянского егерского полка протоиерею Василию Смирнову, умершему от болезни и контузии 21 декабря 1855 года и перезахороненного на Братском кладбище в 2005 году.

А 5 октября 2014 года на центральной площади Малоярославца Российское военно-историческое общество установило скульптурную композицию «Полковому священнику».

Она возведена напротив монумента Героям Отечественной войны 1812 года, а прообразом священника, попирающего французские пушки и вздымающего православный крест, стал первый священник-кавалер ордена Святого Георгия отец Василий Васильковский.

Монумент «Полковому священнику», установленный РВИО в Малоярославце

Источник фото: https://commons.wikimedia.org

Источник: https://histrf.ru/biblioteka/b/ordienonostsy-v-riasakh-istoriia-flotskikh-i-armieiskikh-sviashchiennikov

Военное духовенство – древо

Военное и морское духовенство в россии. «Для священника в армии главное – быть полезным

Статья из энциклопедии “Древо”: drevo-info.ru

Военное духовенство – священнослужители, приписанные непосредственно к воинским частям для духовного окормления военнослужащих.

Уже Карл Великий заботился о том, чтобы при войске находилось достаточное число духовных лиц. С возникновением регулярных армий военное духовенство получило прочную организацию и образовало самостоятельное ведомство.

Военное и морское духовенство в России

Хотя священнослужители с древности сопровождали русские войска в походах, институционально военное и морское духовенство в России стало оформляться лишь в начале XVIII века.

В допетровской Руси духовные лица временно прикомандировывались к полкам патриаршим приказом или непосредственным распоряжением царя.

При Петре Великом с 1706 года с приходов стал взиматься особый сбор – подможные деньги в пользу полковых священников и флотских иеромонахов.

По Воинскому уставу 1716 года при каждом полку должен был состоять священник, в военное время подчиненный полевому обер-священнику действующей армии, а по Уставу морской службы 1720 года на каждый корабль назначался иеромонах (иногда назначались бессемейные священники из белого духовенства), а во главе морского духовенства ставился обер-иеромонах флота. В мирное время духовенство сухопутных войск находилось в подчинении архиерея той епархии, где был расквартирован полк, т.е. не было объединено в особую корпорацию.

Положение военного духовенства стало постепенно улучшаться после того как Екатерина II повелела строить специальные церкви для гвардейских полков, а также предоставила военным священникам право получения побочных доходов от треб для гражданского населения.

По Воинскому уставу 1797 года во главе всего военного и морского духовенства был поставлен обер-священник армии и флота которому было поручено «главное начальство» над полковыми священниками в административном и судебном отношениях. Первый обер-священник армии и флота протоиерей П. Я. Озерецковский имел право прямого доклада императору, минуя Синод, а также право непосредственного сношения с епархиальными архиереями.

В 1801 году, по смерти императора Павла I, военное и морское духовенство было лишено автономии и подчинено Синоду. Для военного духовенства было установлено регулярное жалованье с начислением пенсии после 20 лет службы, что значительно повысило уровень содержания военного духовенства по сравнению с приходским.

С 1801 по 1819 год существовала особая армейская семинария для подготовки военного и морского духовенства.

В 1816 году была учреждена должность 2-го обер-священника для Главного штаба Его Величества и гвардии (с 1844 года – Главного штаба, гвардии и гренадеров), в 1840 году – 3-го обер-священника Особого Кавказкого корпуса, которому с 1846 года подчинялись также церкви казачьих линейных войск на Северном Кавказе (в 1867 году последние перешли в ведение епископа Ставропольского и Кавказского).

В соответствии с именным указом Николая I от 6 декабря 1829 года должность полкового священника приравнивалась к чину капитана.

Правовое положение военного и морского духовенства оставалось достаточно неопределенным до конца царской России: неоднократно законодательно прописанное двойное подчинение военных и морских священников своему духовному начальству и военному командованию, в ведении которого состояло окормляемое конкретным священником подразделение, не было разъяснено ни в одном из нормативных документов.

В 1853 году обер-священники по своим административным полномочиям были фактически уравнены с епархиальными архиереями: им была предоставлена известная дисциплинарная власть над военными священниками, а также право назначать и увольнять священно- и церковнослужителей военного ведомства без
особого разрешения Синода. Ведомство обер-священников расширялось путем присоединения к нему значительною числа неподвижных церквей, прежде состоявших в ведении епархий. В 1858 году все обер-священники были переименованы в главных священников.

В 1883-1888 годах произошло объединение военного и морского духовенства под управлением одного главного священника.

Правовое и материальное положение военного и морского духовенства регулировалось высочайше утвержденным 21 декабря 1887 года Положением о новых служебных правах и окладах содержания военному духовенству. Главный священник (протопресвитер) был приравнен к генерал-лейтенанту, протоиерей – к полковнику (до этого времени они имели права генерал-майора и майора соответственно).

Полковой священник получил практически полный капитанский рацион: жалованье в сумме 366 рублей в год, столько же столовых, не считая других видов довольствия. За выслугу устанавливались прибавки к жалованью: за 10 лет службы в военном ведомстве – 25 % от жалованья, за 20 лет – половина жалованья.

Военному и морскому духовенству предписывалось безвозмездно совершать все требы для чинов своего полка.

12 июня 1890 года высочайше утверждено Положение об управлении церквами и духовенством военного и морского ведомств.

Учреждалось звание протопресвитера военного и морского духовенства, в ведении которого находились все церкви полков, крепостей, военных госпиталей и учебных заведений, за исключением Сибири, где дальность расстояний делала неизбежным их подчинение епархиальным архиереям.

При протопресвитере учреждалось духовное правление, которое играло ту же роль, что духовная консистория при епархиальном архиерее, в подчинении правлению стоял разветвленный управленческий аппарат, существенно усложнившийся в годы Русско-Японской и Первой Мировой войн.

Таким образом, протопресвитер был во многих отношениях уравнен в правах и функциях с епархиальными архиереями.

Однако, его ведомство, в отличие от епархий, не имело постоянной и обозримой территории, а представители военного и морского духовенства были поставляемы в сан ближайшими епископами, поскольку протопресвитер, не будучи архиереем, не имел права совершать хиротонию, он лишь избирал кандидатов. Также епархиальные архиереи имели право надзора за военным и морским духовенством, служившим в пределах их епархий, осуществляли церковный суд над военными священниками.

В 1899 году был введен образовательный ценз для Военного и морского духовенства – в ведомство протопресвитера брали лишь лиц с академическим образованием или окончивших семинарию по первому разряду.

Обособленные военные храмы получили особое распространение после издания в 1901 году Высочайшего повеления об обязательном строительстве при военных казармах отдельных зданий для полковых храмов [1]

1-11 июля 1914 года в Санкт-Петербурге проходил 1-й Всероссийский съезд военного и морского духовенства с участием 49 священников. В июле 1917 года на 2-м съезде был утвержден принцип выборности всех лиц управленческого аппарата.

В случае необходимости в царской России в воинские части назначались римо-католические священники (капелланы, состоявшие в ведении адм. декана), евангелические пасторы, мусульманские муллы (особенно в казачьих землях) и представители буддийского духовенства.

16 января 1918 институт военного и морского духовенства в русской армии был ликвидирован приказом Народного Комиссариата по военным делам. Из армии было уволено 3700 священников.

14 апреля 2006 года Священный Синод Русской Православной Церкви призвал “государство, общество и все традиционные религии России совместными усилиями воссоздать институт военного духовенства”.

В начале 2007 года при Отделе по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями Санкт-Петербургской епархии Русской Православной Церкви открыта «Начальная школа военного духовенства» (10-ти месячные курсы по катехизации военнослужащих и гражданских лиц мужского пола).

С 1 декабря 2009 года директивой начальника Генштаба в штат воинских частей введена должность помощника командира по работе с верующими военнослужащими, на которую будут назначаться священнослужители в качестве гражданского персонала. В феврале 2010 года министр обороны России утвердил положение о функциональных обязанностях помощников командиров частей по работе с верующими военнослужащими в Вооруженных силах РФ.

К середине 2011 года в военных частях на штатной основе служили шесть православных священнослужителей и один мулла. К концу 2013 года в штат Вооруженных сил России зачислено около 120 православных священников.

На заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 25-26 декабря 2013 года было утверждено Положение о военном духовенстве Русской Православной Церкви в Российской Федерации.

Статистика

1891

Ведомство протопресвитера военного и морского духовенства включало:

  • соборов – 12; цервей – 806 полковых, 12 крепостных, 24 госпитальных, 10 тюремных, 6 портовых, 3 домовых, и 34 при разных учреждениях. Всего – 907 храмов.
  • Протопресвитер – 1, протоиереев – 106, иереев – 337, протодиаконов – 2, диаконов – 55, псаломщиков – 68.

    Всего– 569 духовных лиц, из которых 29 закончили духовные академии, 438 – духовные семинарии, а 102 имели училищное и домашнее образование.

Главенство

Обер-священники армии и флота

Главные священники армии и флота

Протопресвитеры военного и морского духовенства

Литература

  • Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству Православного исповедания Российской империи: Царствование государя императора Николая I, Пг., 1915, т. 1.
  • Положение об управлении церквами и духовенством воен. и мор. ведомств, СПб., 1890.
  • Приказы по военному ведомству, СПб., 1890, № 208.
  • Приказы Народного комиссариата по военным делам, Пг., 1918, № 39.
  • СВП. 1859 г., СПб., 1859, ч. I, кн. I.
  • Невзоров Н., Исторический очерк управления духовенством военного ведомства в России, СПб., 1875.
  • Барсов Т. В., Об управлении русским военным духовенством, СПб., 1879.
  • Барсов Т. В., Новое положение об управлении церквами и духовенством военного и морского ведомств, СПб., 1893.
  • Боголюбов А., Очерк из истории управления военным и морским духовенством в биографиях главных священников его за время с 1800 по 1901 г., СПб., 1901.
  • «Управление церквами и православным духовенством военного ведомства: Исторический очерк», Столетие военного министерства. 1802-1902, СПб., 1902, т. 13.
  • Ласкеев Ф., К 50-летнему юбилею священнослужения протопресвитера военного и морского духовенства А. А. Желобовского, СПб., 1909.
  • Цитович Г. А.

    , Храмы армии и флота: Историко-статистическое описание, Пятигорск, 1913.

  • Смирнов А. В., История флотского духовенства, СПб., 1914
  • Шавельский Г. И., протопр., Воспоминания последнего протопресвитера армии и флота, Нью-Йорк, 1954 (репринт М., 1996), т. 1-2.

  • История флотского духовенства: Сборник статей, М., 1993.
  • Православие, армия и флот России: Сборник статей, СПб., 1996.
  • Байбаков А. В., Православное духовенство русской армии и флота: Вторая половина XIX – начало XX века, М., 1997.
  • Нечаева М. Ю., сост.

    , Христианская периодика России конца XVIII-XX вв.: Каталог изданий, Екатеринбург, 2000.

  • Государственность России: Словарь-справочник, М., 2001. кн. 4, с. 291-292, 331.

Использованные материалы

[1]  Петрушко В. И., “ВАРШАВСКАЯ ЕПАРХИЯ,” Православная энциклопедия, т. 7, 8-13, http://www.pravenc.ru/text/Варшавская епархия.html

Источник: https://drevo-info.ru/articles/4753.html

Все по закону
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: